... У
родственников же с материной стороны, принадлежавших к тогдашнему
губернскому "свету", я видал губернатора, князя Петра Ивановича Трубецкого,
который терпеть не мог Смарагда и находил .неутолимое удовольствие везде его
ругать. Князь Трубецкой постоянно называл Смарагда не иначе, как "козлом", а
Смарагд в отместку величал князя "петухом".
Впоследствии я много раз замечал, что очень многие генералы любят
называть архиереев "козлами", а архиереи тоже, в свою очередь, зовут
генералов "петухами".
Вероятно, это почему-нибудь так следует.

Губернатор князь Трубецкой и епископ Смарагд невзлюбили друг друга с
первой встречи и считали долгом враждовать между собою во все время своего
совместного служения в Орле, где по этому случаю насчет их ссор и пререканий
ходило много рассказов, по большей части, однако же, или совсем неверных,
или по крайней мере сильно преувеличенных. Таков, например, повсеместно с
несомненною достоверностию рассказываемый анекдот о том, как епископ Смарагд
будто бы ходил с хоругвями под звон колоколов на съезжую посещать
священника, взятого по распоряжению князя Трубецкого в часть ночным обходом
в то время, как этот священник шел с дароносицею к больному.
На самом деле такого происшествия в Орле вовсе не было. Многие говорят,
что оно было будто бы в Саратове или в Рязани, где тоже епископствовал и
тоже ссорился преосвященный Смарагд, ко не мудрено, что и там этого не было.
Несомненно одно, что Смарагд терпеть не мог князя Петра Ивановича Трубецкого
и еще более его супругу, княгиню Трубецкую, рожденную Витгенштейн, которую
он, кажется не без основания, звал "буесловною немкою". Этой энергической
даме Смарагд оказывал замечательные грубости, и в том числе раз при мне
сделал ей в церкви такое резкое и оскорбительное замечание, что это ужаснуло
орловцев. Но княгиня снесла и ответить Смарагду не сумела...